«Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял» | Благотворительный фонд "Правмир"
Мы рядом
в трудную минуту
Собрано за Август
3 873 844 ₽
«Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял»
«Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял»
«Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял»
«Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял»

Сбор завершен

Крымова Ольга, 42 года, Нижегородская область, ПГТ Большое Мурашкино
Диагноз: аневризма правой коронарной артерии (выпячивание определенного участка артерии, разрыв аневризмы может привести к серьезным кровотечениям и летальному исходу). Коронарно-правопредсердная фистула (редкий врожденный порок сердца: образование разрывов (свищей); при большой фистуле возникает объемная перегрузка с прогрессирующей сердечной недостаточностью). Легочная гипертензия (повышенное давление в легочной артерии). Пароксизмальная форма фибрилляции предсердий (сердечная патология, приводящая к увеличению риска образования тромбов и к ишемическому инсульту).
Собранные средства пойдут на операцию по устранению отверстия в сердце (фистулы), закрытие ее окклюдером. После операции у Оли нормализуется сердечный ритм, исчезнет одышка.
Почему не ОМС: операция на сердце с установкой окклюдера платная, по квоте возможна операция только на открытом сердце.
Сумма сбора: 346 250 рублей.

– Мам, опять сердце? – Оксана с тревогой смотрит на мать. – Вызвать скорую? И, не дожидаясь ответа, зовет с улицы отца.
Ольга стоит посреди комнаты, боясь пошевелиться. Сердце бешено колотится, дыхание перехватило.
– Куда ты дела таблетки?! Почему они на видном месте не лежат? Положи их так, чтобы всегда были под рукой! – отчитывает Ольгу вбегающий в дом муж Юрий.
– Там… – чуть слышно произносит бледная, растерянная Ольга и показывает рукой в сторону кухни.
– Там – это где?! Оля! Может, надо в больницу? – Юрий в панике бегает по кухне, заглядывая во все шкафчики. Найдя нужную коробку, возвращается в комнату к жене.

«И муж, и дочки очень за меня переживают. Если сердечный приступ начинается, когда они рядом, меня сразу берут под руки и аккуратно, как вазу, несут на кровать. Подушку под голову кладут, чтобы удобнее было, и бегут за лекарствами. Ночью я несколько раз просыпалась от того, что муж сидит рядом на кровати и держит меня за руку, проверяет: жива-не жива, дышу-не дышу. Если звонит мне с работы, а я, не дай бог, не ответила – все! Паника! Юра набирает на мобильный старшей дочери, потом снова на наш домашний. Очень боится, что со мной что-то случилось», – рассказывает Ольга.

Оле было всего 16 лет, когда она познакомилась с Юрой. Она была школьницей, на лето приезжала к прабабушке в деревню Сосновка. Юре было 23. Он уже закончил школу и работал в райпо водителем. «Мы увидели друг друга и потеряли головы», – признается Ольга.

Ольга с младшей дочерью Кариной

Через год после знакомства они с Юрой поженились. Оля переехала из Нижнего Новгорода, где жила с родителями, в поселок Большое Мурашкино – к мужу. Первое время жили в маленькой квартирке, без удобств. Но Олю это совсем не пугало. «Родители у меня тоже деревенские. Они в свое время в город перебрались, а я обратно. В поселке и воздух чистый, и овощи-фрукты свои можно выращивать, и цветы. Цветы я очень люблю, особенно розы», – говорит Ольга.

После школы она поступила в техникум на бухгалтера. И вскоре у них с мужем родилась старшая дочка Оксана. Бросать учебу Оля не хотела. Решила перевестись на заочное отделение и параллельно растить дочь. О том, что у нее врожденный порок сердца, Оля долгое время даже не догадывалась. Тревожные симптомы – слабость и периодическое покалывание в области сердца – начались у нее еще в 9 классе. Она сходила ко врачу, сделала кардиограмму. Ей прописали витамины и сказали: «Экзамены, волнение. Все нормально». И Ольга успокоилась.

Но в 20 лет у нее вдруг началось учащенное сердцебиение. На пустом месте. Было трудно дышать, падало давление. Оля запаниковала и обратилась ко врачам. «Мне сделали УЗИ сердца – ничего. Назначили чреспищеводную электростимуляцию (ЧПЭС), чтобы током вызвать приступ и зафиксировать сокращения и ритм сердца. Длилась процедура не очень долго, но мне она показалась вечностью. А приступ так и не случился. Он «догнал» меня позже, когда я ехала на трамвае к маме домой. Только вот врачей уже рядом не было. Повторная электростимуляция тоже ничего не прояснила», – говорит Ольга.

Ольга с мужем Юрием

Не зафиксировав приступ, врачи не могли поставить ей диагноз. Ольга надеялась, что со временем все пройдет. Раз обследования ничего не показывают, значит, беспокоиться не стоит.

В 30 лет она родила вторую дочку – Карину. Причем, пока была беременной, ни одного сердечного приступа не было. Возобновились они через какое-то время после родов. «Если бы врачи в то время знали, какой у меня порок сердца, мне бы не разрешили рожать. А так у меня две замечательные дочки. И они совсем разные. Старшая – в папу. У нее обостренное чувство справедливости, всегда доказывает свою точку зрения. Младшая более покладистая, мягкая, добрая и очень привязана ко мне. Я их очень люблю!» – говорит Ольга.

После сорока сердечные приступы стали случаться чаще. Врач назначил Ольге бета-блокаторы – специальные препараты для восстановления сердечного ритма. Сначала это, вроде бы, помогло, но в марте этого года Ольгу, по ее словам, стало просто колотить. Приступы случались по нескольку раз в день. Она чувствовала слабость, одышку. Не могла работать, делать что-то по дому.

Ольга с Кариной

В кардиоцентре в Нижнем Новгороде, где Ольга проходила обследование, ей поставили диагноз врожденный порок сердца: коронарно-правопредсердная фистула. Как следствие – нарушение кровообращения, повышенное давление в легочной артерии, аритмия.

«Я, конечно, была в шоке. В 42 года первый раз услышала о пороке. Думала, мне таблетки выпишут и все. Помню, спросила врачей, смогу ли я жить на лекарствах, но без операции. Мне ответили: «Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял. Живешь, живешь – бах – упала и умерла»», – говорит Ольга.

Ей рекомендовали срочно оперировать сердце. Рассказали, что есть два пути: полостная операция – с разрезом грудной клетки и остановкой сердца – и малоинвазивная, когда отверстие в сердце закрывают специальным устройством, выполняющим роль заплатки, – окклюдером. Первый вариант более тяжелый, предполагает долгую реабилитацию, возможны осложнения. Операция бесплатная – по квоте. После второго варианта риск осложнений небольшой. Но такая операция платная.

С Кариной

Оля призналась, что делать полостную операцию очень боится. Три года назад так оперировали ее маму, и та с трудом пришла в себя. Долгое время не могла выйти из дома. Не могла самостоятельно одеться и раздеться, делать перевязки. На груди до сих пор большой шрам.

«Это очень тяжело – знать, что твой самый родной человек болен. Постоянное волнение, нервы, бессонница, тревожные мысли: «Все ли у нее хорошо?». Я звоню маме из Нижнего Новгорода минимум три раза в день, чтобы узнать, как она себя чувствует, не было ли приступов. Я напоминаю младшей сестре о том, что маме нельзя нервничать. Папа тоже старается беречь маму и не тревожить ее по пустякам. Мое самое большое желание – чтобы маму вылечили, чтобы с ее здоровьем все было хорошо, и чтобы она могла жить, как обычный человек: без приступов, гор таблеток и постоянного страха», – говорит старшая дочь Ольги Оксана.

Вылечиться – самая большая мечта и самой Оли. Она очень хочет, чтобы родные успокоились и не волновались за нее. А еще ей хочется поставить на ноги младшую дочку, выдать замуж старшую и съездить в Крым. «Наша фамилия Крымовы, а в Крыму мы ни разу не были», – смеется Ольга.

Врачи Центра сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева готовы закрыть дырочку в сердце Ольги окклюдером. Вот только денег на операцию в семье нет. Оле очень нужна наша помощь!

Фонд «Правмир» помогает взрослым и детям с врожденными и приобретенными пороками сердца получить необходимое лечение, в том числе доступ к малоинвазивным операциям на сердце. Помочь можете и вы, перечислив любую сумму или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.

Помогли
Татьяна — 1 000 ₽
1 января, 2020
Игорь — 8 600 ₽
31 декабря, 2019
Елена — 300 ₽
31 декабря, 2019
Дмитрий — 1 294 ₽
31 декабря, 2019
Иван (me) — 125 ₽
31 декабря, 2019
Инна — 1 000 ₽
31 декабря, 2019
Yuliya — 500 ₽
30 декабря, 2019
Yurii — 100 ₽
30 декабря, 2019
M — 1 000 ₽
30 декабря, 2019
светлана — 500 ₽
30 декабря, 2019
Дмитрий — 300 ₽
30 декабря, 2019
Мария — 500 ₽
30 декабря, 2019
Михаил — 300 ₽
30 декабря, 2019
Елена — 300 ₽
30 декабря, 2019
Ольга — 500 ₽
30 декабря, 2019
Александр — 200 ₽
29 декабря, 2019
сергей — 100 ₽
29 декабря, 2019
Надежда — 150 ₽
29 декабря, 2019
Эдуард — 1 000 ₽
29 декабря, 2019
Юра и Катя — 1 000 ₽
29 декабря, 2019
Другие поступления средств
Пожертвование на расчетный счет Фонда от Нуритдинова Роза Ринатовна (Жить-то ты сможешь, но внезапную смерть с твоим диагнозом никто не отменял)
1 000 ₽
12.11.2019
Внутренний перевод средств по программе "Помощь детям и взрослым с болезнями сердца"
346 250 ₽
19.11.2019
Другие сборы
Одной почки нет, а вторая с патологией
Артему нужна операция в России.
Нужно 25 156 ₽
Мама повторяла: «Это не Настя! Вы что-то перепутали!» – были сломаны все кости лица
Нужен курс реабилитации, чтобы восстановиться после ДТП.
Нужно 322 875 ₽
Стукнулся головой о выступ в подъезде, упал и сломал шею
Ване нужен курс реабилитации, чтобы начать ходить.
Нужно 322 875 ₽
Вы помогли
В стекловидном теле обнаружили черные полосы и гной, Кирилл почти полностью ослеп
Чтобы вернуть зрение, нужно пройти курс лечения в Москве.
Заканчивается годовой запас лекарств
Антону нужны лекарства, чтобы жить.
Выраженные посттравматические изменения в стволе мозга
Анатолию нужен курс реабилитации, чтобы восстановиться после ДТП.
Вся пенсия уходит на лекарства
Владимиру нужен лекарственный препарат, не предоставляемый по ОМС.
Без работы, одна с тремя детьми, нет денег даже на еду
Наталья одна воспитывает троих дочерей и осталась без работы, у нее нет денег даже на продукты.